Почему Трамп ненавидит Украину

трамп

Американские СМИ недавно на весь мир растрезвонили сенсационную новость: Дональд Трамп лично признался, что ненавидит Украину за то, что её элита помогала Хиллари Клинтон и к тому же полностью коррумпирована. Встреча с Владимиром Зеленским постоянно откладывается по желанию хозяина Белого дома. При этом раньше Трамп не раз заявлял, что уважает Владимира Путина, готов с ним встретиться в любом переговорном формате и хотел бы наладить с ним тесное взаимодействие.

Причины такого отношения Трампа к своему главному врагу и к лежащему где-то в заднем кармане брюк между салфетками и домашними ключами вассалу довольно любопытны потому, что на самом деле никак не объясняются озвученными причинами.

Трамп не любит Украину не потому, что там друзья демократов и повальные коррупционеры. Трамп не любит Украину потому, что она напоминает ему США. А точнее, Зеленский напоминает ему его самого.

Звучит парадоксально – Зеленский похож на Трампа. Какое может быть сходство между президентом самой сильной страны в мире и президентом страны самой ничтожной? А вот какое: и тот, и другой не контролируют свои политические элиты и являются их полными заложниками. Трамп больше, чем Зеленский, контролирует армию и разведку, но в целом это контроль условный. Скорее не Трамп их контролирует, а они пока делают вид, что подчиняются Трампу.

Как в старой русской шутке: «Вань, я медведя поймал!» «Так веди его сюда!» «Не могу, он меня не пускает!». Примерно так Трамп контролирует своих силовиков. Надо сказать, что Зеленский и вовсе никак своих силовиков не контролирует, а сидит у них в заложниках. В этом моменте его судьба очень похожа на судьбу Трампа, и глядя на Зеленского, Трамп с отвращением узнаёт там себя, такого, каким он не хочет быть, но является.

Совсем другие чувства у Трампа вызывает Путин. Трамп мечтает быть в положении Путина и втайне хочет ему подражать. Прежде всего, в том аспекте, в котором Путин контролирует свои политические элиты и своих силовиков. Ни один правитель не может править, не учитывая мнения элиты, но одно дело учитывать, а другое дело зависеть. Трамп зависит, Путин учитывает. И семенящий, суетливый Зеленский напоминает Трампу зеркало, в которое хочется плюнуть, но не хочется смотреться.

 

И ещё один момент вызывает у Трампа острое неприятие Украины. Это наличие в ней Коломойского. Этот персонаж тем ненавистен Трампу, что он контролирует Зеленского больше, чем Трамп. Если вашего слугу контролирует вассал, а не вы, то естественно, что у вас скопится огромное раздражение. И на слугу, и на вассала, и на провинцию, в которой они оба живут и делают вид, что вам служат.

Трамп с огромным удовольствием прихлопнул бы тапком и Зеленского, и Коломойского, и всю Украину – если бы не сволочи в Конгрессе. Они всё время его морально насилуют, заставляя делать вид, что он любит Украину и принимает её правителей, которые открыто делают всё, чтобы его предать. Выказывают неуважение, не выполняют его приказы, воруют его деньги. И при этом дерзят и смеют требовать чуть ли не подчинения их требованиям.

Трамп видит ситуацию иначе. Трампу глубоко плевать на Украину, он вслух заявил, что она всегда была частью России. Трамп считает, что его главная задача – спеленать Китай. А для этого ему нужна помощь России, а не её озлобленность и противодействие.

Все попытки оторвать от России Украину в угоду глобалистам мешают Трампу договориться с Путиным. Ведь Трамп уверен: если он отдаст Украину России, то у него есть шанс добиться нейтралитета России в борьбе США с Китаем. Борьба США за Украину уже поглотила астрономические деньги, не принеся никакой геополитической и стратегической отдачи. Украинская приблуда, напротив, всё больше отнимает у США огромные ресурсы и блокирует сделку с Россией по главнейшему вопросу битвы с Китаем.

Ибо не Россия грозит угробить могущество США, а Китай. И конфликт США с Россией из-за Украины только мешает Трампу решать главный вопрос американской безопасности.

По сути, демократы и глубинные государственники разрывают США на войну на три фронта: с Россией, с ЕС и с Китаем. Идут годы, утекают триллионы. А положение США становится с каждым годом всё хуже. Они попали в геополитическую ловушку: захват и удержание Украины на периферии своей империи вовлекает в конфликт с ЕС и Россией и отнимает силы для войны с Китаем. В итоге все три силы становятся крепче, а сила США слабее. Однажды это кончится тем же, чем это кончилось для древнего Рима и Византии – перенапряжением сил и распадом империи.

Трамп своими руками передушил бы своих противников, узколобых дегенератов, алчных и недалёких кретинов, не видящих опасности и не умеющих расставлять приоритеты. Но он ничего не может поделать и со злостью наблюдает за своим отражением в лице Украины, понимая, что они оба в чём-то похожи: оба идут схожими путями к схожему результату.

 

Другое дело Путин. По сути, не имея в самом начале пути 20 лет назад мощных экономических и политических ресурсов, и до недавнего времени не имея и военного ресурса, Путин умудрился добиться значительного усиления России, не только поставив под некий контроль расползающуюся полностью прогнившую элиту, но и существенно нарастил экономические и военно-политические мускулы страны.

Он смог заменить часть политического класса на своих ставленников и загнал такую же глупую, как в США, часть прежней, ориентировавшейся на демократов элиты, в глубокое стойло. Полностью задушить их Путин не считает необходимым, и потому использует, как опер использует агента, вместо того, чтобы посадить его в тюрьму. Трамп хотел бы так, но у него нет такой возможности.

А тем временем МВФ отложил оказание помощи Украине уже не по причине экономической, а по причине политической: от Зеленского требуют активного поиска украденных предыдущих траншей. Тем самым, они толкают Зеленского на самоубийство: если Зеленский начнёт активно искать эти деньги, то, как говорят в Одессе, «он не доживёт и до субботы». Судьба Джона Кеннеди для Зеленского становится всё более реальной. Единственное утешение: «Зато какие люди за гробом пойдут!».

Утонувший в этом болоте Трамп, привыкший брать быка за рога и напористо решать любые вопросы, не только не видит ценности в Украине, но и презирает её всеми фибрами своей белой англосаксонской протестантской души. Она ему физически противна, как противен поселившийся в вашей прихожей наглый, вонючий и крикливый бомж.

Но все вокруг требуют любить его как святого юродивого, и потому выясняется, что у бомжа больше власти, чем у хозяина дома. Из-за бомжа к хозяину не заходит сосед, с которым важно наладить партнёрские отношения по некоторым важным вопросам. Всё это ужасно раздражает и никак не может служить поводом для хорошего аппетита.

Самое грустное, что Путин давно дал понять Трампу: «Я бы, конечно, к тебе пришёл, и мы бы смогли о чём-то поговорить, и даже о чём-то договориться, но пока у тебя хвост крутит собакой, это невозможно». Трампу, формальному главе первого в мире государства, от таких сигналов хочется на одни сутки стать Сталиным. Но как говорится: «Съесть-то он съест, да кто ж ему даст».

Зеленский – это отражение бессилия Трампа. И именно за это, а не за что-то другое, Трамп не любит Украину. В конце концов, разве сама американская элита коррумпирована меньше украинской? Не за коррупцию Трамп не любит Украину, ох, не за коррупцию.

Это тот редкий случай, когда не любят за схожесть, а не за различия. Если Зеленский хочет получить уважение Трампа, он должен стать Путиным, не став при этом Джоном Кеннеди. Миссия для нынешней Украины совершенно невыполнимая. Добиться взаимности от США нынешней Украине уже не светит.

Казахстан — terra incognita

Мы мало знаем о Казахстане. Собственно, мы о нём вообще почти ничего не знаем. В политическом смысле. Если даже прочесть всё, что о нём написали узкие специалисты в разных сферах, уровень нашего понимания современного Казахстана не очень сильно изменится

Просто потому, что само это государство, неожиданно возникнув в степях за Каспием и Уралом после распада СССР, слишком активно и динамично развивалось в последние три десятилетия, меняясь быстрее, чем мы успевали не то что отмечать, а даже замечать эти изменения.

Возьмём новости о Казахстане последней недели. Вначале, в связи с демаршами Лукашенко, в социальных сетях, а затем и в некоторых СМИ развернулась дискуссия: не пойдёт ли Казахстан по пути Белоруссии и Украины? Народ вспомнил о наличии в Казахстане местных сильных националистических движений, немало поспособствовавших вытеснению русских из республики в начале-середине 90-х годов. Могли бы вспомнить и о том, что далеко не все казахстанские герои являются героями с точки зрения как традиционного советского, так и нынешнего российского понимания истории. Но в России и о бандеровцах-то узнали только тогда, когда они после победы второго украинского Майдана взялись убивать русских не на словах, а на деле, а сама Россия оказалась глубоко втянута в украинский кризис, в частности в проблему урегулирования в Донбассе.

В Казахстане на государственном уровне пропаганда пещерного национализма и русофобии не ведётся. У многих в России вызывает обеспокоенность перевод казахстанского алфавита на латиницу, но, например, у армян алфавит вообще свой (армянский), русскими без специального образования в принципе не читаемый (в отличие от латиницы). И это не мешает Армении быть одним из ближайших союзников России. Просто потому, что так сложилась геополитическая ситуация. Изменение алфавита, конечно, тоже определённая демонстрация, но всё же большинство государств, при определении своей позиции в отношении соседей руководствуются геополитическими реалиями, а не способом написания букв.

В отношении же геополитических реалий нас могут беспокоить два момента.

Вторая новость этой недели. В Великобритании был арестован (якобы за хранение наркотиков) внук Нурсултана Назарбаева. Позднее он был отпущен, но тут же попросил в Великобритании политическое убежище, пообещав рассказать публике о секретных планах и коррупционных схемах Назарбаева и Путина.

Понятно, что вполне уже взрослый инфантил, не первый год прожигающий жизнь в британской столице, в принципе ничего не может знать ни об актуальных планах и делах Назарбаева, ни, тем более, Путина (который своими планами не делится ни с внучкой, ни с Жучкой, ни с коллегами по президентскому цеху, ни даже с ближайшим окружением). Он хочет остаться в Англии, боится высылки за безобразное поведение и пытается заинтересовать британский истеблишмент своими «сокровенными знаниями». В конце концов, чем он хуже Резуна, который под весьма нескромным псевдонимом Суворов несколько томов написал о советских «секретах», включая забытые ещё до его рождения? Но заметим, инфантилообразный внук Назарбаева связывает своего дедушку и Путина, говоря об общих схемах и общих планах. То есть он имеет основания считать, что на британских островах будет воспринята именно такая трактовка российско-казахских отношений. А это значит, что в Лондоне Казахстан считают союзником России. Или, как минимум, не считают своим союзником.

Почему я отнёс выходку назарбаевского внука к неприятным для нас моментам? Потому, что в Европе в целом, и в Великобритании особенно, живёт, работает и учится большое количество представителей новых (уже постсоветских) поколений казахстанской элиты. Они массово начали осваивать туманный Альбион, а затем и ЕС сразу после развала СССР, когда в России о таком почти никто не задумывался. С точки зрения будущего Казахстана, количество англизированной молодёжи представляет значительно большую опасность, чем духовная и физическая эмиграция части российских «детей вождей».

Наши дети министров и депутатов, если отбывают навсегда в Лондон или Париж или даже если выбирают роль «народного заступника» и, оставаясь в Москве, критикуют «кровавый режим» за то, что жемчуг мелкий, хамон брянский, а пармезан подмосковный, практически в 100% случаев выпадают из системы власти. Они не бедствуют за счёт родительских накоплений, в большинстве случаев получают и хорошо оплачиваемую работу, но к принятию стратегических решений не допущены. В Казахстане всё ещё сильны жузы, кланы, племена, там с почтением относятся к представителям «старших родов», которые от рождения «имеют больше прав на власть». Безусловно, эта система распадается под действием требований, предъявляемых современной экономикой и современным информационным обществом. Традиции оказываются далеко недостаточным способом удержания реальной власти. И тем не менее на данном этапе эти традиции сильны и будут сильны в ближайшие 20-30 лет. Следовательно, «золотая» казахстанская молодёжь, нагулявшись по Сохо, имеет возможность вернуться на родину и претендовать на участие в политике. Причём эти люди смогут рассчитывать на поддержку на родовом (клановом) уровне.

Мы не знаем, насколько сильна может быть такая поддержка и насколько возвращение таких «кадров» может повлиять на содержание казахстанской политики, но эвентуальная опасность смены поколений присутствует. В отличие от искусственно выращенного русофобского украинского национализма или аналогичных прибалтийских национализмов, казахский национализм (хоть он также страдает русофобией) является нормальным национализмом нации, создающей национальное государство. Все через это проходили (Европа в XVIII-XIХ веках) или проходят сейчас (половина Африки и значительная часть Азии). Казахстанская версия является одной из самых умеренных (даже по сравнению с соседними государствами Средней Азии — бывшими республиками СССР).

Казахи вытеснили в начале-середине 90-х годов русские управленческие кадры, расчищая место для себя. Но они вовремя остановились и, когда страну начали покидать специалисты, без которых не в состоянии работать промышленность, а на Севере Казахстана началось брожение в бывших казачьих областях Российской империи, центральная власть амбиции националистов последовательно подрезала. Они остаются доминирующей силой в казахстанской политике. Зачастую невозможно отличить казаха-прагматика от казаха-националиста просто потому, что две эти ипостаси бывают объединены в одном человеке. Но в целом казахстанская политическая система компромиссна. Она обеспечила доминирование казахского элемента и на этом остановилась. По крайней мере, пока остановилась.

Так вот, если власть умеренных казахских националистов-прагматиков, озабоченных построением устойчивого и успешного национального государства, сменится властью вышедших из лондонских злачных мест представителей «золотой молодёжи», ситуация может резко ухудшиться, вплоть до состояния украинской. Юные исследователи лондонского дна, как правило, бо́льшие евроинтеграторы, чем сами европейцы. Кроме того, казахская лондонская богема ничем не отличается от аналогичных выходцев из других стран. Они ничего не умеют, кроме как тратить не ими заработанные деньги, но зато уверены, что с их опытом прожигания жизни, который они считают «познанием Запада», они могут управлять чем угодно, от мотоцикла до Соединённых Штатов Америки.

На постсоветском пространстве главными русофобами выступают именно евроинтеграторы-глобалисты. Они одинаковы и в России, и в Казахстане, но в последнем у них теоретически больше возможностей, в систему ещё только встраиваются надёжные предохранители от их проникновения. Уверен, что Запад попытается использовать этих юных «борцов за всё хорошее и против всего плохого». Причём, поскольку в России уже несколько раз пробовали и не получилось, главная тяжесть может быть перенесена на соседние с Россией государства.

Третье же касающееся Казахстана событие, которое практически незамеченным прошло по новостным лентам в течение прошедшей недели — состоялись массовые беспорядки на этнической почве в Кордайском районе Жамбылской области Казахстана. Десять человек погибли. Пятьдесят человек задержаны, сожжены десятки домов, коммерческих объектов и автомобилей. Тысячи людей бежали в Киргизию. Впрочем, по данным казахстанских пограничников, большинство уже вернулось назад.

Это было локальное столкновение между казахами и дунганами. Власти достаточно быстро взяли ситуацию под контроль, хоть жертв и не удалось избежать. В Казахстане и раньше случались столкновения на этнической почве, кроме того, ряд выступлений, которые подаются СМИ как социальные, также имели не только социальную, но и клановую подоплёку.

Таким образом, профессионалам раскачивания ситуации есть с чем работать. Нестабильное общество, переходящее в капитализм, не изжило окончательно родоплеменные черты. А также наличие в составе элиты двух группировок. Первая, националистов-прагматиков, которые, не испытывая, возможно, никаких сантиментов в отношении России, видят, что только в союзе с ней и участвуя вместе с Россией в евро-азиатских интеграционных объединениях, Казахстан может динамично развиваться. При этом никто не покушается на статус именно казахской элиты как доминирующей в государстве.

Вторая, вестернизированной «золотой молодёжи» (представителям первой волны этой «молодёжи» уже за пятьдесят или около пятидесяти), которая мечтает интегрироваться в Запад любой ценой, видя в евроинтеграции светлое будущее всего человечества (ведь им самим было так комфортно в Лондоне).

Эта, вторая, группировка практически не имеет шансов получить власть законным путём. Ей просто не дадут. Но она, опираясь на родоплеменные связи и раздувая реально существующие в трансформирующемся обществе противоречия, может попытаться произвести переворот, опираясь на поддержку Запада. Даже, если переворот не удастся довести до конца, гражданская война, которую он может спровоцировать в Казахстане может оказаться пострашнее той, что едва не уничтожила Таджикистан. Давние уже столкновения в Киргизии и Узбекистане на этом фоне вообще покажутся детской игрой в песочнице. А между тем Казахстан — сердце Центральной Азии, перекрёсток половины путей с Запада на Восток.

Мы привыкли, что Нурсултан Назарбаев десятилетиями не только последовательно продвигал идею евроазиатской интеграции (в первую очередь на постсоветском пространстве), но и без видимого напряжения удерживал ситуацию в Казахстане в нормальных рамках. Сейчас он пытается реализовать транзит власти, обеспечить новому президенту Касыму-Жомарту Токаеву столь же прочные позиции. Вопрос заключается в том, успеет ли он укрепить преемника раньше, чем Запад начнёт атаку.

На этот вопрос у нас ответа нет. Прежде всего потому, что, как было сказано, мы в принципе не знаем Казахстан. Мы можем судить об основных тенденциях в его политике, определить идеологию наиболее влиятельных группировок. Но не будучи интегрированы в местную политическую культуру, во многом основанную на традициях и клановых связях, мы не можем оценить реальное соотношение сил и даже не всегда понимаем кто является реальным союзником, а кто врагом.

Так многие наши коллеги видят главную угрозу российско-казахстанским отношениям в казахских националистах, не замечая, что за тридцать лет у власти именно они (вместе с Назарбаевым) вели Казахстан по пути интеграции. Более того, вели его так, что Казахстан — единственный союзник, которого самым кондовым российским патриотам почти не в чем упрекнуть. Он не просит ни льгот, ни кредитов, не угрожает уйти на Запад или на Восток, а просто стремится вместе зарабатывать (причём делает это достаточно успешно).

Многим российским экспертам кажутся милыми и неопасными инфантильные казахстанские евроинтеграторы, как две капли воды похожие на «революционеров» из московского "Жан-Жака" или на разыскивающую «свои налоги» детскую команду Навального. Но повторю, помимо западной поддержки, которой сегодня никого не удивишь и уже мало кого испугаешь, у них есть возможность использовать традиционные клановые связи (последний фундамент трансформирующегося общества) для его (общества) дестабилизации.

Остаётся только надеяться, что власти Казахстана достаточно сильны, компетентны и решительны, чтобы пресечь любые поползновения расшатать ситуацию в стране. Потому что Кремль-то казахстанскую власть поддержит, а вот пока российское общество сообразит, что там к чему и кому надо помогать, можно будет уже и не суетиться.

https://ukraina.ru/opinion/...

Истерика США как лучшая защита против пропаганды

Загружается...

Популярное в

))}
Loading...
наверх