Ваше мнение

102 187 подписчиков

Свежие комментарии

  • Петр Петрович
    Давить такое жидовье надо,как тараканов"А что они нам пл...
  • Серж Прологов
    То есть ты хочшь сказать что Хрущ не работал слесарем? Да, помню. После 1964 года ходил мем: "Покажите ту шахту на к...Билет в СССР
  • са 1
    У подобных сванидзе есть свой специальный сортир - "Э.М." Вот пусть там и кучкуются. Пока.Сванидзе раскрити...

"Время черной вольности в США на исходе"

Революция или контрреволюция - кто кого

 

К нынешним США вряд ли подойдет ленинская формула революционной ситуации, когда низы не хотят, а верхи не могут, тем более верхи и низы в США поменялись вроде местами: кто был ничем — тот стал всем? Сатана там правит бал, да? А как насчет эпиграммы, которая с легкой руки Маршака стала русским мемом: «Мятеж не может кончиться удачей, в противном случае его зовут иначе»?

"Время черной вольности в США на исходе"
фото: AP

Пока еще мятеж, но со всеми знаками революции и уж точно с претензиями на революцию. Тем более, наличествует уже и множится контрреволюция как реакция на бессмысленный и беспощадный американский бунт. Нет, я не о Ку-клукс-клане, не к ночи будь помянут. Хотя горячие головы имеются с обеих сторон. Я о социально-политических процессах, которые, выходя из берегов порядка и законности, приобретают стихийный характер, напоминая океан с его приливами и отливами. Мы все еще с трепетом и оторопью наблюдаем прилив молодежной, по преимуществу черной, вольности, но его время на исходе, воды схлынут, и по всем законам природы должен начаться отл

Кончится ли нынешний американский бунт удачей, чтобы прослыть в истории революцией? Или победит контрреволюция, и он так и пребудет в зачаточном состоянии бунта и канет в Лету, реку забвения?

Ну, самое большее — останется сноской в учебнике истории. Мечты, мечты, где ваша сладость?

Для чистоты аналитического эксперимента вынесу за скобки злобу дня — расовую проблему, которая, если честно, отсутствует у нас в Америке уже с полсотни лет, пусть меня линчуют за эту крамольную фразу. Навскидку несколько факторов, хотя их — … и маленькая тележка.

Прежде всего, супер-пупер равенство при поступлении афроамериканцев на работу, в колледжи, в университеты. Точнее, льготы черным за счет белых, дабы выровнять социальное и биологическое расовое неравенство. Благодаря существующим квотам при равных и даже неравных показателях (в пользу белого) возьмут, несомненно, черного.

Касаемо нынешнего движения BLM — Black Lives Matter. Сам слоган не требует доказательств, а потому тавтологичен и бессмыслен, коли общепризнан — никто его не оспаривает. Типа «Пусть всегда будет солнце», но эта поэтическая метафора никак не тянет на политический лозунг. Иное дело, скажем, «Пролетарии всех стран, соединяйтесь» или — в контексте нынешнего времени — «Сделаем Америку снова великой». Новое движение носит настолько антиамериканский — а не только антитрампов — характер, что могло, если бы решилось, застолбить за собой полемический девиз: «Сделаем Америку снова ничтожной». Вот бы наши враги возрадовались.

И главное, роль черных в этом движении за равенство черных — маргинальная, пустяшная, они на второстепенных ролях, типа массовки, не более. Что само по себе, по мне, унизительно для черных: инициаторы и подстрекатели этого бунта, а может, и революции, время покажет, — сами белые, которые используют черных корыстно: в своих политических целях борьбы за власть. Как и в Гражданскую войну, когда белые боролись с белыми, а черные были на подхвате? Все-таки не совсем так, любое сравнение хромает. Массовка, то есть массы, независимо от цвета кожи развращены настолько, что могут выйти из-под контроля и действовать сами по себе, неуправляемо. Как голем — наперекор своему создателю, легендарному пражскому раввину.

Наконец, опуская еще целый ряд аксиомных факторов, укажу на анекдотический, но реальный. Как показывают многочисленные ДНК, в генетической амальгаме черных присутствуют и белые кирпичики, чему первопричиной частые рутинные соития рабовладельцев с рабынями, редко наоборот. Что далеко ходить, взять того же президента Томаса Джефферсона, который от любимой рабыни Салли прижил по крайней мере шестерых деток. Недавно один из прямых потомков Джефферсона выступил на страницах либеральной «Нью-Йорк Таймс» с призывом снести мемориал его великому предку в Вашингтоне. В порядке вещей, в контексте лозунговых завихрений, не суть дела. А суть в том, что в жилах наших чернокожих течет кровь рабовладельцев, и они припадают на одно колено и просят прощения у самих себя. Пусть оксюморон, но факт — научный.

Что мертвые памятники?! Сейчас цель инфернальнее — свалить живого президента с помощью афроамериканцев. Ну да, таскать каштаны чужими руками.

Вот через океан из Москвы меня встревоженно спрашивают:

— Все у вас сошли с ума или через одного?

Оглядываюсь — не через одного, не через пятого-десятого. С ума никто не сходит. Кричалки и слоганы на демонстрациях и митингах все-таки не в счет. Но даже в них, как сказал бы Шекспир: «Если это безумие, то в нем есть система». «Системное безумие», чтобы изничтожить и ликвидировать Трампа. Но дело даже не только в том, что эти рукотворные миазмы ненависти жизнеопасны для самих разработчиков вируса политической ненависти. Революция, подобно Сатурну, пожирает своих детей — не я сказал. Сошлюсь хотя бы на французскую и русскую и трагические судьбы их творцов — Дантона, Робеспьера, Троцкого, Бухарина, несть им числа. В том-то и дело, что бумеранг опасен для того, кто его бросает.

Меньше чем через четыре месяца моим согражданам предстоят не выборы, а выбор — между свободой и зависимостью, между толерантностью и нетерпимостью, между демократией и охлократией. Выбор не из легких. Есть мнение, что если победят демократы, то бунт черни и быдла окончится. Даже если так, в чем не уверен, то как надолго? Аппетит приходит во время еды.

В противном случае 3 ноября все-таки не 18 брюмера или не 9 термидора, если пользоваться календарем Французской революции и контрреволюции. Трамп не тянет на Наполеона, хотя наполеоновские заскоки у него наличествуют, говорю со знанием дела, как его биограф. Однако любым комплексам и синдромам у нас положен предел — традицией и Конституцией. На что и уповаю.

Нью-Йорк.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх