Свежие комментарии

  • Татьяна Холина
    Есть мирные пути решения всех вопросов. Никто не запрещает. Зато нет такой безработицы и распущенности, нет жилых ква...Не сможешь "спрятать голову в песок" - менталитет не позволит!
  • Александр
    Украина ,так ничему белорусов не научила - использовать будут народ, под благие воззвания ( которые будут казаться ...Лукашенко угрожает майдан
  • Владимир Нагайцев
    Если бы проголосовал народ за сохранение, СССР не развалился, значит голосовали голыми руками без булыжника, вывод, н...Если вы хотите восстановления СССР то каким вы его видите в плане экономики ,политики и общества?

Медсестра рассказала правду о немецкой медицине и коронавирусе

"Когда мне навязывали использованный защитный костюм, я подключила юриста"

 

Наталья Альберт – наша бывшая соотечественница. В Германию приехала из Одессы. Работает ночной медсестрой. Живет в Берлине в двухкомнатной квартире со своей 72-летней мамой. После начала эпидемии COVID-19 Наталье неоднократно приходилось ухаживать за больными коронавирусом в берлинских больницах. И она пришла к выводу: это страшная болезнь.   

Медсестра рассказала правду о немецкой медицине и коронавирусе
фото: AP

- Я видела, как человек умирает от коронавируса, это ужасно.

– говорит Наталья. - Он не выжил, этот мужчина, 52 года ему было. И ничего ему не помогло, никакие медикаменты. Я за ним ухаживала.

В Германии каждого больного, который в тяжелом состоянии, обслуживает одна медсестра. Утром я говорила с женщиной, она себе еду заказывала, а в обед ее уже не стало. Даже температуру не смогли сбить. Коронавирус тем и опасен, что иногда температуру невозможно сбить ничем, никакими препаратами. Льдом людей обкладывают, чтобы эту температуру под 41 градус сбить, а она не снижается! Кому-то аспирин помогает, а кому-то не помогает ничего. Страшная болезнь... Наталья работает сразу на двух работах. Ее основное место - медсестра в доме престарелых. Параллельно через агентство она трудится в больницах «на подмене». То есть когда кто-то из персонала не выходит на работу, ему на замену могут прислать Наталью.

Ночные дежурства проходят по-разному. Иногда стандартно: медсестра обходит отделение, раскладывает больным медикаменты. Бывает и так, что всю ночь приходится сидеть у постели одного тяжелого больного.

- Как обстоят дела в доме престарелых, есть зараженные? 

- В моем отделении больных коронавирусом нет. У меня специфический контингент – люди с синдромом Корсакова (это расстройство памяти у бывших алкоголиков или наркоманов – М.П.). Но в нашем доме престарелых восемь этажей, и отделение на 5 этаже полностью закрыли на карантин. Там двое заболевших, они сейчас в больнице в тяжелом состоянии. Вчера там всем сделали тесты на коронавирус.

Конечно, там со стариками круглосуточно находятся медсестры, нянечки, которые за ними ухаживают. Но они пока могут оттуда выходить. Сейчас решается вопрос, что делать с этим отделением. Если там еще будут выявлены случаи коронавируса, то в отделении запрут вместе со стариками двух врачей и двух медсестер, которые оттуда вообще выходить не будут. 

- В больницах вы работали в «красной зоне»?

- В основном, за исключением того случая, о котором я говорила выше, я работаю в «оранжевой зоне». Там лежат не самые тяжелые больные. «Красная зона» - это те, кто на ИВЛ, и оттуда мало кто выходит.

Работая в реанимации, я была экипирована нормально. Но, когда я работала с больными коронавирусом в «оранжевой зоне», у меня и близко не было тех костюмов, в которых ваши врачи на скорой выезжают к людям, у которых только симптомы заражения.

Я работала с человеком, у которого два теста на COVID-19 были положительными. На мне просто была маска, очки, но шея была открыта, я была в своей обуви. И это Берлин, Центральная больница! Мы обычно работаем в памперсах. Один раз мне разрешили выйти. Я раздеваюсь и хочу выкинуть свой костюм в специальный контейнер. А мне старшая смены говорит: у нас этих костюмов мало: ты выйди, покури, а потом опять его наденешь.

Я, конечно, костюм все-таки выкинула, надела новый. Но потом написала об этом случае своей шефине в нашей фирме, которая направила меня в эту больницу. Та сразу обратилась к нашему юристу. Юрист составил бумагу, я ее подписала. Чем закончится, пока не знаю. Тут уже принцип «не закладывать коллег» не работает. Речь идет о твоем здоровье и жизни. Надевать второй раз использованный костюм при работе с коронавирусом опасно. Промолчать я не имела права.      

- Какие-то доплаты за такую работу положены?

- Ни копейки мне и моим коллегам пока никто не заплатил. Месяц назад пообещали, что в июле к нашим зарплатам добавят по полторы тысячи евро каждому одноразово и без налога. Потом заговорили о тысяче. А теперь уже говорят, что государство одноразово выплатит всем медработникам по 200 евро. Остальное должен выплачивать работодатель. А работодатель ничего никогда не заплатит. Вот и все.

- Доплаты обещают всем медикам или только тем, кто работает с коронавирусом?

- Всем, потому что сейчас всем медикам опасно работать. Ты же не знаешь, больной с коронавирусом или нет. Поэтому сейчас всем больным при поступлении в больницу сразу делают тест на ковид.

- Наталья, а вообще инфицированных у вас много?

- Конечно, у нас нет такого ужаса, как в Италии и Испании. Германия с эпидемией справляется. Но меры были приняты очень серьезные. У нас было абсолютно все закрыто больше месяца. Из дома можно было выходить только в аптеку, магазин, на работу. И на улице практически никого не было. Рестораны, кафе до сих пор работают только на вынос.

Но в Берлине много зараженных. Сейчас у нас началась вторая волна эпидемии. В мае открыли школы, многие магазины, парикмахерские, маникюрные салоны, и цифры снова поползли вверх. Меркель выступила и сказала, что если количество зараженных сильно увеличится, снова сделают строгий карантин, все закроют. И это при том, что ношение масок у нас сейчас обязательно везде. Правда, масочный режим ввели только с 27 апреля.

- А маски в продаже есть? 

- Сейчас появились, но стоят 15-20 евро. Я купила себе маску за 15 евро. Но это не одноразовые маски, а специальные, которые защищают от коронавируса.

Одноразовая маска стоит 2 евро. А если у тебя нет маски, ты можешь использовать даже шарф, платок, кусок материи, но обязательно у тебя должны быть закрыты нос и рот. Об этом сообщает бегущая строка в метро. Тех, у кого нос и рот ничем не прикрыты, полиция выводит из вагона. А в магазин просто не пустят без маски.

Но немцы очень педантичны. Если им говорят «вы обязаны», они это понимают сразу. Как только Меркель сказала, что все обязаны ходить в масках, все сразу надели маски. Теперь человека без маски практически не встретишь.

- Часто можно услышать утверждение, что маски ни от чего не защищают и нужны только тем, кто уже болеет или врачам. Это так?

- Это неправда. Маска защищает до того момента, пока не становится влажной. Но, если у тебя сухая одноразовая маска, то она защищает.

- Помимо масок, какие есть меры предосторожности?

- Мы везде держим дистанцию 2 метра. В магазин толпой уже никто не входит. У входа в магазин стоит охранник. Он следит за дезинфекцией твои руки, при тебе дезинфицирует тележку. Потом вытирает ее одноразовой салфеткой. Это во всех магазинах обязательно.

Тележка – это гарантия того, что ты уже близко к другому покупателю не подойдешь. В магазине, например, 15 тележек. Тележки разобрали – больше никто в магазин не зайдет.

Сегодня в Берлине возле каждого магазина можно увидеть очередь. В очереди тоже все стоят на расстоянии 2 метра друг от друга. Люди ходят и в перчатках. Но перчатки не обязательны, потому что во всех абсолютно магазинах охранник обрабатывает посетителям руки. В магазин никто не заходит с грязными руками. То же самое и в банке, на почте – везде.

 

Наталья Альберт

 

- У нас люди недовольны тем, что приходится покупать маски и перчатки за свой счет. А у вас их выдают бесплатно?

- Мы все покупаем за свои деньги. Никто в Германии маски бесплатно не выдает. Нам даже на работе в доме престарелых выдают одну одноразовую маску на ночную смену, на 8-9 часов. А ее надо каждые 2 часа менять.

Я позавчера была в парикмахерской у своего мастера. Надо было наконец постричься. Пришла в своей специальной дорогой маске. Мастер мне говорит: «Снимай свою маску, я тебе дам нашу одноразовую. Стоимость маски 2 евро войдет в счет».

Стрижка, мытье головы проходили в маске. Я ее не сняла ни на секунду. Он мне не разрешил даже кофе выпить. А если бы я сняла маску и кто-то это увидел, то салон бы сразу закрыли. Тут с этим строго. Если кто-то не будет что-то соблюдать – закроют моментально. И ничего никому не докажешь.

- А что касается самого лечения, медицинских услуг – платить за что-то приходится? 

- То, что в Германии достойно восхищения – здесь каждый человек имеет медицинскую страховку. Работаешь ты, не работаешь, приехал ли откуда-то. Главное, чтобы ты здесь находился легально, имел вид на жительство.

Если нет работы, тебе дают 430 евро в месяц на питание, полностью оплачивают жилье и лечение. Любую операцию, все обследования, медикаменты. При этом тебя обслужат так же, как и миллионера.

Есть еще «приватные» страховки. Но они хуже, чем государственные. Потому что когда ты на государственной страховке, то тебя хотят поскорее вылечить, чтобы освободилась койка. Конечно, тебя никто не выкинет из больницы недолеченным. Тут такого нет, все честно. Но если у тебя приватная страховка, то с тебя бабки качают. Выписывают дорогущие лекарства, заставляют проходить какие-то обследования.

Нет такого человека в Германии, который законно живет на ее территории, и у которого нет медицинской страховки или жилья. Моя мама ни дня здесь не работала. Сегодня она получает пенсию 430 евро, ей оплачивают квартиру и ей уже сделали 5 тяжелейших операций на сердце. Ей нужно медикаментов в месяц на 5 тысяч евро. Она не платит за них ни копейки.

- Вы живете вместе?

- Да. Половину квартиры оплачиваю я, половину - ее социальная служба. Квартира 50 кв. м. стоит 800 евро в месяц.

- Сколько вы зарабатываете?

- Около 2 тысяч евро в месяц. На руки после выплаты налогов получаю 1150. Причем я плачу больше налогов из-за того, что у меня нет детей. Если у тебя есть муж и дети, ты платишь меньше. Но все равно налоги огромные. Зато, если ты теряешь работу, идешь в специальный jobcenter и встаешь там на учет. И, пока ищешь работу, тебе платят эти 430 евро, оплачивают жилье и медицину. В этом плане Германия – лучшая страна в мире. Не знаю, как в России, а в Украине, если нет денег, тебя просто бросят умирать.

- Неужели совсем нет никаких злоупотреблений в связи с эпидемией? Все так хорошо?   

- Конечно, здесь тоже есть аферисты, есть бессовестные люди. До чего доходило: когда началась пандемия, привезли в одну больницу целые фуры с масками, защитными костюмами. Так эти машины угнали! Такое тоже есть. И воруют. Те же полячки, те же украинки, которые здесь сиделками работают. Тащат из больниц эти дезинфицирующие растворы, перчатки.

Я работаю там, где полно этого всего. У меня даже мысли не было пару перчаток принести домой. В аптеке дезинфицирующий гель покупаю за 5 евро, маленькая бутылочка.

Сейчас здесь русские очень ценятся. Потому что много русскоговорящих, которые лежат в немецких больницах, особенно в Берлине. Не знаю, почему они едут сюда лечиться, это же дорого, если нет страховки.

Если раньше при приеме на работу надо было знать немецкий и английский, то теперь русский в приоритете. Если ты знаешь немецкий и русский, то тебя работодатели с руками оторвут.       

- Когда вы возвращаетесь с работы, что делаете, чтобы не притащить вирус домой и ваша мама от вас не заразилась?       

- Моей маме 72 года, она уже два месяца на карантине. Я ей все время говорю: «Не вздумай на улицу выйти!» Мы уже два месяца с ней не обнимались, не целовались. Хотя у нас очень теплые отношения.

Когда я прихожу с работы, мама сидит в своей комнате и не выходит, пока я не закончу все процедуры. В прихожей у входной двери я снимаю обувь и верхнюю одежду. Там у меня стоит бутылочка спрея для дезинфекции вещей. Обрабатываю одежду, обувь. Все это оставляю там. Дезинфицирую руки.

Потом иду в ванную, снимаю с себя все, кидаю в стиральную машину и включаю ее на 60 градусов. Принимаю душ. Искупалась, продезинфицировала ванную. После дезинфекции руки обязательно надо мазать кремом – так дольше сохраняется эффект. И тогда уже можно общаться с мамой.

Если я просто прихожу из магазина, то выбрасываю маску и перчатки в специальный пакет и обязательно не менее минуты мою руки хозяйственным 72%-м мылом, которое я купила у турок. И умываю лицо. У меня сейчас от частых дезинфекций руки стали красные, отекшие, опухшие.

- И у вас, и у нас есть люди, которые протестуют против всех этих ограничений. Все уже устали. Как вы считаете, все это действительно надо соблюдать?

- Я всех призываю: люди, носите маски! Это не так тяжело! У меня эта маска просто приросла к лицу. Я на улицу без нее уже не выйду, мне как будто чего-то не хватает.

Не могу понять, почему такой шум из-за этих масок. Даже у нас некоторые придурки кричат: «Дайте нам свободу!» Какая свобода? Вам тяжело маску надеть? Вам тяжело дистанцию соблюдать? Вам тяжело что-то поменять в своей жизни?

Этот вирус очень опасен, от него умирают. Он мутирует к тому же. Сначала от него умирали только люди после 80. А теперь уже дети начали умирать! Он очень страшный и агрессивный.

Я просто вне себя, когда мне скидывают очередное откровение «врача», который доказывает, что карантин не нужен. Это врач, который в больницу последний раз заходил сто лет назад. Вот он лежит на диване и говорит, что «все это кому-то нужно». Может быть, кому-то это действительно было нужно. Или Америке, чтобы Китай подорвать. Или Китаю. Но какая вам разница, кто его придумал и для чего? Главное, что он есть, и от него умирают. Давайте сначала мы остановим его, а потом будем выяснять, кому это надо и кто на этом нажился.

Источник ➝

Картина дня

))}
Loading...
наверх